Дело было в джунглях. Пардусники и приближенные собирались в темноте: одни сидели у костра, другие - по шею в теплом водоеме ("Как снежные обезьяны", - сказала я. "Гы", - сказал кто-то и помахал хвостом. У снежных обезьян нет хвостов, а у нас были).
Была гитара, попросили "Всё" Летова (ого, такая на самом деле есть). Я обнимала кого-то, страдавшего под песню.
Боялись гориллы, и горилла прибегала, сильная и страшная, смотрела с обрыва на наш водоем. Рядом был колониальный скворечник, в котором можно было бы играть с гориллой в прятки, но в догонялки - нет, поэтому нам оставалось только просить силой мысли гориллу уйти.
Через такие стены и горы не перелетят слова, но долгий взгляд их как будто дырявит. Туннельное зрение.
