Сегодня на балагане я весь вечер плясала под иванушек и аллегрову, и мне даже дали приз за лучший пляс, а  когда меня крутили в рокынролле, подвернула ногу и теперь не могу ходить. Меня не узнавали в прикиде, и это всё мне нереально доставляет - хочу, чтобы осталось здесь. А еще можно, как водится после школьных дискотек, пострадать по поводу; вот такая, блин, вечная молодость.

Когда восходишь на высоты, на сердце становится легко. Когда стоишь над рекой, мысли уносятся далеко. Когда читаешь книгу в снежную ночь, душа очищается. Когда напеваешь мелодию на вершине холма, чувствуешь прилив сил.

                                                                                      Хун Цзычен. Вкус корней.   

Вчера на рассвете я видела радугу! Солнце вставало, шел дождь, и полноценная жирная радуга висела над двором, а людишки шли под зонтиками и не видели. А после радуги со мной обычно случается что-нибудь хорошее:

Отдел кадров

У меня получилось собрать киноклуб! После работы я жарила попкорн и взбивала коктейли, завхоз сверлил стену под крепления для простыни, пацаны принесли проектор и искали разъем, кина качались сами, и это всё выглядело как вечер 44 веселых чижей. До этого мы неделю организованно голосовали за фильм, который будем смотреть, и это оказалось "Сияние". Фильм не очень, хотя не лишен эстетики, я засыпала, но атмосфера  была именно такой, как мне всегда мечталось, - никто не трындел, все валялись на полу на подушках и в попкорне, а после сеанса начали обсуждать без пинка и выразили желание еще.

Как я прошла в отделение

Однажды в маршрутку зашел нерусский мужик с мятой медсправкой и начал читать  заклинание "сами мы не местные". Ребенок всё это время висел у него на плече как в обмороке. Я прицепилась к мужику с вопросами, он огрызнулся и скипнул. Все телефоны МВД, что не 02, у нас стационарные, поэтому с капитаном полиции я говорила из таксофона на автовокзале. Три дня после разговора ждала медаль, потом забыла об этом.
Дней через десять мне перезвонили и попросили в отделение. Я подумала, что на очную ставку, и очень обрадовалась. Но им нужно было еще раз записать мои показания. Я нашла отделение, на крыльце, на проходной, на рамке и дежурному рассказала всё важное о себе, увидела хулигана в наручниках, достучалась в черную железную дверь, за которой  кабинеты с 23 и далее, прониклась настроением мерцающих лампочек и засаленных облезлых стен, отломала ручку безымянной, но арифметически вычисляемой двери, таким образом узнав, что она заперта. Меня никто не ждал, а номер, с которого мне звонили, был отключен. Конечно, после того как я потеряла час рабочего времени, пришел полиционер, мы с ним познакомились, и он стал записывать мой подробный рассказ.
 - Сколько, по-Вашему, было ребенку?
 -  Я не очень-то разбираюсь в детях, ну, года полтора.
 - Два с половиной.
 - Что?
 - Два с половиной года ему.
 - Так вы его нашли?
 - Нет.
 - А откуда знаете?
 - Я видел их месяц назад.
Потом мне дали подписать заявление, и я какое-то время колебалась, подписываться ли под такой орфографией. Когда от меня больше ничего не требовалось, я спросила, не посчитал ли он нужным месяц назад вмешаться. Он ответил: "Нет" - это обычный попрошайка, коих тысячи, а в каждого не вмешаешься (поправьте мою пунктуацию, если что).
Ну вот, а еще через пару дней мне пришло от них письмо, что полиция бдит и напишет мне, когда приходить за медалью.
Сегодня Шырка сказала, что тоже их видела, и ребенок в тот момент бодрствовал. Ну, и полиция тоже не дремлет.

Грустно как-то, знаете ли. И Новый год приближается. Давайте, может, уподобимся интернет-массам и вспомним, что по-настоящему хорошего было в 2014-м? Серьезного и не очень, маленького и большого, в произвольном порядке, одним предложением, когда в голову стукнет.

Вот что пока стукнуло мне.

Кажется, забастовка сценаристов в Голливуде закончилась, и там наконец-то стали снимать пристойные фильмы. "Превосходство", "Грань будущего", "Отель "Гранд-Будапешт". Что-то забыла, а "Интерстеллар" пока не смотрела, но знающие люди говорят: ого-го!

Английский. Конечно, английский. Наконец-то я стала его хоть немного понимать. Не то чтобы прям очень, но все же достаточно, чтобы не считать англоязычность текста проблемой.