Приснился клип неизвестной мне в действительности группы, содержание которого заключалось в следующем:
Преподаватель физики - вылитый Хантер Томпсон, только в костюме с галстуком, - славный своим альтернативным подходом к обучению, совмещает изучение новой темы с концертом этой неизвестной группы в аудитории первокурсников. Первокурсники все такие хрустящие, андрогинные и в кедах. Группа тяжеленько поет-играет о несчастной любви, и какая-то девочка-мальчик-хипстер в оранжевой футболке с пиксельными машинками из советского игрового автомата "Магистраль" и с заплаканными глазами не может больше выносить этого резонанса своим страданиям, переставляет стул задом наперед, садится спиной к выступающим и предается печали. В этот же момент Хантер Томпсон выскакивает из лаборатории в задней части аудитории и вешает на стену устройство, состоящее из двух барабанов, на которые натянута длинная бумажная лента с карандашными рисунками. Он вращает ручку барабана и показывает девочке-мальчику рисованный клип на ту же песню, что играют в аудитории, но изображения подобраны так, что слова песни приобретают иное значение, девочка-мальчик больше не расстраивается, смотрит свой индивидуальный клип, к которому все остальные обращены затылками, и понимает что-то важное.

Слайд, выпавший из шоу

У этой записи вообще-то два начала.
Во-первых, я решила себя развлечь, отвлечь или чё-нибудь на себя навлечь и ежедневно слегка привязывать свои бытовые свершения к календарю, который нашла Шырка. В половине случаев это происходит само собой.
Во-вторых, вы, ясное дело, знаете, что иногда случаются такие буйства синестезии, когда все чувства одновременно вдруг поставляют отборную информацию, и из этого складывается этакая ароматизированная 3D картинка с тактильными ощущениями. Ну, например, когда через листья солнце бродит по лицу, и кусаешь мокрое яблоко, пока кто-то рядом жжет костер из жухлой травы и жалуется, что приставная лестница совсем рассохлась.
Вечером Дня посиделок при свечах со старой квартиры принесли деревянную шкатулку - в таких обязательно хранятся штуки. Поэтому сейчас у меня есть: две круглые свечки рядом и одна ваще огромная чуть дальше, блики в зеркале, молоко, варенье и ложка дегтя, штуки из штукатулки, которые я вам потом покажу, запах ненастоящей замши, шкатулочного дерева и той мебели, где она стояла раньше, что-то ужасно теплое вязаное в орнаментах и почти такие же мокасины, и сидеть поджав ногу, и вдруг пошел дождь.
И всё могло бы быть так хорошо.

В ней столько отчужденности, что кажется, что умираешь в открытом космосе. Мне однажды такое снилось, и я потом читала - в самом деле, если выйти в открытый космос без скафандра, то кровь не закипит и внутренние органы не лопнут от перепада давления, - просто воздух из легких выйдет, и прожить без него получится около 14 секунд. Ясное дело, цепочкой ассоциаций я, скорее всего, обязана Space в названии, как и автор самопального клипа. И всё-таки в текстовых вставках мне слышатся переговоры с базами Земли, которые перекрывают шумы магнитосферы Ганимеда, отголосков Большого взрыва и пульсаров. Это фальстарт - ты еще живой, а вокруг уже пустота, иное, ничего привычного, всё, что называлось жизнью, - далеко, и хорошо, если видно невооруженным глазом - точка приложения тоски.

Когда она заканчивается, я вдыхаю полные легкие воздуха - пока играет, дышать трудно, в буквальном смысле. Но такое бывает нечасто - я по-настоящему боюсь ее слушать.

С порога

Звёздное небо или крыша над головой?

Сначала всё было совсем буквально: из скворечника, в котором я жила на море, ночное небо можно было наблюдать только сидя на пороге построенной веранды, на самом верху лестницы. Запрокинешь голову - и звездный беспорядок непременно продолжается рядочками гвоздей. На мои возмущения было отвечено: "Зато вторая комната получилась, тут спать можно". С этого момента вопрос начал распухать смыслом и после брожения по образам и свойствам небес и крыш, пережив стадию субъективных метафор о моем нахождении на пороге ("звёздное оно сегодня, а останешься без крыши (да-да, и сленг тоже) - нахмурится, а потом дождь пойдет"), свелся - разумеется, к чему же еще - человеческим эквилибрам "между", антагонизму тушки, способной сдохнуть от дождей и мороза, и сознания, которому непременно нужен пинок для прикоснуться к бесконечности.
Мысли после приезда. Прям с порога.

Вам что ближе-то? При ответе можно пользоваться стремянкой.

Хотя бы изредка ...

...хочу гулять с заката до полуночи. Пустилась сначала объяснять, почему, потом бросила. Лето, вот и всё.

24 шедевра в секунду

Сегодня ночью открыл для себя фильм "Пепел и снег"...

Хороший пример того, какое кино может получиться, если его примется снимать гениальный фотограф.
Если кто еще не видел, очень советую. Скачать, говорят, можно отсюда.
Эстетический оргазм гарантирован. Хотя эстетика фильма максимально духовная.

Да здравствуют лемминги!

Утром в метро на пересадочных станциях людишки безумно напоминают мигрирующих животных. Они выскакивают из вагонов на полной скорости и толпой бегут к переходу, где вливаются в бесконечный плотный поток. В такие моменты испытываешь сомнения в разумности человеческого вида.
И я одна из них.

Дыркин

Простите, что много букв... По-моему, это очень волшебная сказка. Хочется поделиться.

Тае Зори

В давние годы лихолетья и безвременья, смуты и становлений, великий мастер Андвари, превзойдя искусством самого себя, выковал Тае. Оно было столь прекрасно и бесценно, что каждый житель Мира, каждая зверушка и каждое деревце приняли его в сердце, и тем оживили его.

Пролетели годы, и слух о прекрасном Тае дошел до черносвистов.
А черносвисты, непослушные дети земли, забыли смысл себя. И стали носить Тае в руках, но не в сердце. И пустило оно неверный корень, из которого родилось Аистае с розовым клювом. Оно закрыло крылами небо, и вот-вот запоет страшную песню свою, пробуждая Навье Солнце. А Навье Солнце испепеляет…
Черносвистов стали называть вызлыми.

Князь Чиппелин
Великий сталкер черного неба
О У И Э А
Убил дороги дремучей дремой
О У И Э А
Ночь василиском обвила ноги
О У И Э А
Кукушка снов сплела нити сказок

Внимательный ворон
У локона седых волос
В глазах забывших про сон
Кипящая ртуть
У Мертвого моря
Мертвый утес
Где-то там, в уюте каменных гнезд
Младенец
Серебряный грифон пробует грудь
Одноглазого лиха

Мохнатые дивы
Нежные тела вещей
Жертва во власти языческого огня
Страшным криком в эхо
Едким дымом в небо
Серым пеплом в землю
Опоздавший рыцарь на пустой дороге
Он будет помнить тебя
Как белую птицу
На белом
Единороге

Запредельно проницательный карлик не способен был представить, какой бедой для Мира может обернуться его детище. Старый, разбитый горем, он накладывает на Тае последнее заклятие и уходит из жизни где-то в глубоких норах своих мастерских.

Мир отправил рыцаря-дракона Веснопляса - вырвать Тае из рук черносвистов и захоронить его, потому что Тае - оно же семя, ­- пустит корни вверх, связав и примирив небо и землю. А плоды его созреют в сердце. И случится Тае Зори - Вестень Святлета. А Тае Зори - исцеление калекам, мертвым - ворота в рай, путникам - верная дорога к дому.

Но Веснопляс по-своему слеп. И поэтому была с ним Сова - зоркие глаза его. И был с ним Ворон, который знает Тае, и только он может распознать его среди прочих пустых вещей. И был с ним Волк, который чует Тае и ведет Веснопляса за собой. Вислоухая Марта, она же утренняя звездочка, шла следом, стирая их тени, и только она должна была взять Тае и положить в Землю… И только Пляс знал, что при этом он должен был сгореть жертвенным костром

Знаешь белые тени в полдень -
Это видимо кто-то палит
Те костры что пламенем черным
Их горячие руки студит

Мы наверное их пугаем
На костры выходя из света
Но останемся с ними рядом
Чтобы вместе дождаться ночи

Если хочешь узнать об этом
Приходи если очень хочешь…

После того как Марта взошла на небо, предвещая рассвет, Волк был убит охотниками. Перепуганные выстрелами птицы сорвались, и более не смогли найти Веснопляса, вернулись в мир.

Дракон же, оставшись совсем один, долго брел, брел, ослепленный и беспомощный как дитя, срываясь в овраги и натыкаясь на колючую проволоку, пока его не проглотил плотный дым, спрятавший от Мира логово вызлых. Приняв их лик, путаясь отсутсвием тропы, так или иначе, он еще помнил смысл себя.

Теперь же Веснопляс, переняв манеры и обычаи черносвистов, уже не ходит сквозь стены и забыл, что умеет летать, зато отчетливо различает улицы, двери… И лишь иногда его сознание мутнеет странными картинами и уже непонятными воспоминаниями...

Сова и Ворон вернулись в Мир. Мир понял, что случилась Беда. В это утро на небе не было Марты… Кто-то еще должен был идти к вызлым, но кто? Храбрецов немало, но в Мире не всякому дано верно ходить по земле.

Вернулся с неба
Принес гостинцы
Вот это - людям
А это - детям

А это - птицам
А это - видишь
Себе обновку
На небе справил


Долгое время молчаливое вече мерцало звездами, пока выбор не остановился на мальчике Чае. Мальчик Чай был сызроду пустокрыл, оттого не летал в небе, но зато научился твердо стоять на земле. И самое главное - зачинать тропы. В Мире уже так и говорили: все пещеры - пещеры Карла, вся печаль - печаль Вислоухой Марты, все тропы - тропы мальчика Чая.

Плету корзинки
Конверты клею
И умираю
И не умею…


Чай, все свои небольшие (по их меркам) годы был как-то, скажем, никем. Умел делать только то, что умел делать, а вот что - никто и не решился бы ясно ответить, хотя Мир чувствовал незаметный тихий и добрый его свет и смысл.

Вернемся к Марте. Вислоухая Марта видела как подкосился волк, оскалился, упал. Рваный бок густо проявился кровью. Волк замер. Оскал застыл бессильной злобой и тоской. Веснопляс еще долго брел, пока дым логова не проглотил его. И как ни было страшно Марте, она твердо решила найти Пляса, и когда пришло ее время, глубокой ночью, Марта спустилась в самую гущу смога. Пугаясь непознанного нового мира, она брела по улочкам города, шарахаясь от редких полуночных прохожих и пьяных оголделых авто. И так пришла к трактиру. Как оказалось, все улицы этого города упирались в трактир. Марта осторожно вошла, огляделась…увлеклась… Эх, молодость, наивная, доверчивая… Марта вдохнула яд - яд праздности, дыма. И в один миг забыла смысл себя… и родилась вновь - молодой женщиной, простой человеческой женщиной…

[Спящий ворон]

Conne le vita ne connet
(Jo no powra dimiente)
Per espere de la mento liberie.
Basta sintirsi liberie.

[Согласитесь, для того, чтобы быть свободным,
достаточно чувствовать себя свободным.
(Я уже ничего не боюсь)(Ит.)]

У Вислоухой Марты уже не было проблем, когда мальчик Чай подходил к городу - она собиралась выйти замуж за обеспеченного, нового, пьющего.

Чай шел, повторяя про себя заклятья, которым научили его, и сжимая в руках обереги, которые дали ему. И так дошел до трактира, потому что все улочки этого города упираются в трактир… А в трактире заправляла Чума.

Ты мне только открой я стояль под окно
Ты не сможешь уснуть я не дай тебе спать
Бесы на небесах это серая ртуть
Это мертвая грудь в леденящих руках
Под такой же дождем

Молчи!
Молчи обманешь
Молчи майн кляйн
Молчи обманешь
Правда я холодна
Но прозвали весна
Дай мне ломаний грош
Я тебе погадайт
И меня пролистав ты под утро уснешь
Что ты мне запоешь от заразы устав
Вселенский тоска

Молчи!
Молчи обманешь
Молчи майн кляйн
Молчи обманешь


А Веснопляс в это время сидит в застенках… Он свободен. Веснопляс не боится стен! Для него не бывает стен, он просто слеп отсутствием тропы. И огромная его сила бесполезна и бессмысленна. Он мог бы разметать в щебень все вокруг, но ведь пришел сюда совсем с другой целью. И теперь, не понимая происходящего вокруг, дракон, как дитя беспомощный, просто не знал, что ему предпринять. Поэтому тянул время, беспредельно скучно и просто выигрывал у сокамерников в карты. А иногда рассказывал им небылицы и показывал чудные видения во сне.

Не имеешь травы - муравы
мягкой
Под телеса до коле не грязна рука
Не имеешь теплого воздуху
Под крылья до коле не ворона душа
Проданая цыгану за алтын


Чай должен был сотворить в городе какое-нибудь бедствие, и при этом какой-нибудь отдельно взятый черносвист должен был броситься спасать, естественно, самое дорогое - Тае. А Чай, в суматохе, должен был вырвать Тае из рук и… Ну, что будет дальше, никто предсказать не мог…

Все почти так и вышло. Силой, данной Чаю Миром, он поднял страшный ветер, и разорвал над городом смог. Марта, увидев чистое небо, вдруг вспомнила смысл себя и вспыхнула яркой звездочкой. Веснопляс увидел ее свет. Разбитая мозаика видений сложилась в ясную цель. “Тае!” Дракон прошел сквозь стены.

Да только вот в суматохе и в панике мальчик Чай был ранен. Из последних сил он бежал всю ночь, прижимая к груди добытое Тае в виде… туго набитого кошелька.

Веснопляс и Марта нашли его на рассвете по едва различимой только для них тропе. Марта приняла из ослабевших рук кошелек и закопала его, строго соблюдая положенный при этом ритуал.
Дракон Веснопляс вспыхнул белым огнем.

Прощай Пляс! Ты спас мир!

Ал сок рук рек
В песок. Тереб от ран
В былдень склочен
Черносвисты в земь врыли

Хрусталь. Жажда
Чистой смерти отстрел
Дождень. Дождьночь
Где ж ты Вестень Святлета?!

Гори гори белым идол
Веснопляс
Пока мне быть мертвым храни
Храни зарытое Тае
Храни Зори Тае тайным


Но ничего не случилось…

Ничего не случилось
Мы снова в порванных джинсах
Слышал была война
Видел в квадрате сырость
Или она в клетчатом пончо
Но ничего не случилось…
Как это все не ново -
Продолжаю желать жить
Вопреки здравому смыслу

А что ли взять
скурить
прядь
волос индейских мумий
И спать
вспять
В вертикальных полях далеких своих утешений
Ах как некстати
Виляет хвостом искушение уберечься забытым заклятьем

И заманить душистым чаем
В желанный плен
И приковать навек цепями
моей любви
И путешественников по карте
и романтиков у камина
И пришельцев соседних кухонь
с беспрерывным стажем собачьей жизни…


Прощай, Пляс! Ты спас Мир…



Сегодня в моем далеком прошлом
Все нужное вдруг стало
Таким таким ненужным
И безупречно лишним
Что мне осталось мало
Только все для всего навсегда

Но этому нас никогда и никто не научит
Этого мы ни себе ни другим не простим
Поскольку все одно
Чай!

Дорога в прекрасное далеко
для тех кому за тридцать
И безнадежно юных
И безмятежно старых
У всех еще так много
Впереди ничего никогда

Но этого вам никогда и нигде не расскажут
Этого вам ни за что ни про что не понять
Поскольку все одно
Чай!


Тот клад до скончания
Веков заклятием
Таким заречен
Что станет смертный
В грехах погрязнув
Молиться идолам
И в цепи ада
Попав пороками
Себя запятнает
Еще допреже
Чем ступит на это
Место проклятое
Раньше чем взглянет
На это золото!

К О Н Е Ц.

О вечной молодости

А вам нравятся советские книжки "про школу"? Я в последнее время стараюсь найти таких побольше - в сети их маловато, поэтому ищу старые бумажные. Не, ну на самом деле там не столько про школу, сколько про житьё старшеклассников, оценки ценностей, попытки сопротивляться и чистые влюблённости. Советчина на таких кнышках менее всего сказалась, хоть всё вольнодумство и было санкционировано. Незамысловатые и художественно грубоватые истории писали малоизвестные люди (из них даже не все становились "писателями", ограничившись одним рассказом) и издавала "Молодая гвардия" в 70-х-80-х.
"...В тот год в Ленинграде считались модными прямые синие джинсы, цветастые рубашки "батники" с одинокой никчемной пуговицей на воротнике, светлые замшевые ботинки и темные очки "поларойд". В тот год группа "Битлс" выпустила свою предпоследнюю пластинку "Эбби-роуд"..."
Я почти никогда не смотрю в будущее и очень часто представляю себе прошлое. Довольно долго, почти до нынешнего моего возраста, время с 60-х по 90-е было для меня самой мерзкой ретроспекцией. Казалось, тогда ничего, кроме отстойного застоя и застойного отстоя, не было. Сейчас я готова поверить, что в то время, и правда, трава была зеленее, а мир - лучше, несмотря на то, что знаю: удельный вес добрых и умных в каждом поколении примерно одинаков, и помню, как важна интеллектуальная лабильность.
Я часто прогуливала школу, нагревая с утра термометр на лампе. Все уходили, я целый день ела яблоки и читала. Тогда "про школу" мне нравилось, конечно, потому, что это "про меня" (хм, хотя при том, сколько я прогуливала - не очень-то:)) и "про мою любовь". Хоть мы и младше тех, о ком читали, но у нас, кажется, всё было так же. Сейчас перечитываю то, что последний раз видела лет в десять, и всё еще могу понять, как восьмикласснкии казались мне взрослыми людьми, а двадцатилетие представлялось такой далекой зрелостью, до которой еще надо постараться дожить.
Но кое-что с тех пор изменилось: позавчера я наконец-то осознала весь трагизм "Холодильника для мамы". И если слова "дефицит" и "кооперативное кафе" мне были тогда почти понятны, то "Наутилус", "хаер" и "стопом с рублем в кармане" запутывали и слегка пугали. В этом рассказе "клеша уже лет пятнадцать как не носили", а главный герой постригся, вынул серьгу из уха, перестал насвистывать "Алчи, Алчи" и начал делать деньги на перепроданном какао.
Хорошо, что его герле это было не в кайф:)

P.S. У меня была знакомая, которая собиралась стать учителем пения, и в Ялтинском педагогическом училище в начале 80-х ее для этих целей научили играть на баяне. Сейчас она этого очень стесняется. Не люблю снобов.

Forever and ever

Вот это - High Hopes, песня про нас. Думаю, вы все видели клип, и половина из нас и без моих пояснений знает, что это - последняя песня последнего альбома Division Bell, Колокол Отчуждения. В моём восприятии песня раскалывается на две составляющие - вполне себе реалистичные слова, которые я узнала не так уж давно и которые из всего видеоряда для меня связаны только с моментами долгого взгляда в поле и комка в горле на 4:21; и изображение, которое мне знакомо гораздо дольше, чем слова. Когда я ходила в первый-второй класс, каждый будний день начинался с передачи вроде "Доброго утра". В арсенале клипов у них было числом три: про пингвинов и других животных, High Hopes и еще какой-то, который ставили очень редко. Итак, почти каждое второе утро начиналось для меня с Пинк Флойда, что, в общем, мной тогда не осознавалось, но клип завораживал сюрреаличностью, казался шедевром, вершиной всякого возможного искусства. Мне больше всего в те моменты хотелось создать что-то подобное, и по пятницам я долго рисовала всякие странности и планеты без гравитации.
Образы из клипа были со мной постоянно, а когда я узнала вас и прочитала 62.Модель для сборки, мы заассоциировались у меня с сидящими в кругу и бросающими мячи. Я еще в бумажной летописи про нити между нами и волейбол писала, упоминая Кортасара.



Вот, собственно, текст и корявый его перевод:

Beyond the horizon of the place we lived when we were young
In a world of magnets and miracles
Our thoughts strayed constantly and without boundary
The ringing of the division bell had begun
Along the long road and on down the causeway
Do they still meet there by the cut
There was a ragged band that followed in our footsteps
Running before time took our dreams away
Leaving the myriad small creatures trying to tie us to the ground
To a life consumed by slow decay

The grass was greener
The light was brighter
With friends surrounded
The nights of wonder

Looking beyond the embers of bridges glowing behind us
To a glimpse of how green it was on the other side
Steps taken forwards but sleepwalking back again
Dragged by the force of some inner tide
At a higher altitude with flag unfurled
We reached the dizzy heights of that dreamed of world

Encumbered forever by desire and ambition
There's a hunger still unsatisfied
Our weary eyes still stray to the horizon
though down this road we've been so many times

The grass was greener
The light was brighter
The taste was sweeter
The nights of wonder
With friends surrounded
The dawn mist glowing
The water flowing
The endless river
Forever and ever

За горизонтом тех мест, где мы жили в
юности,
В мире приманок и чудес,
Где наши мысли вечно блуждали, не зная
границ,
Зазвучал колокол отчуждения

Вдоль Лонг Роуд и дальше, вниз по Козвэй,
Продолжают ли они встречаться у Тропы?
Там была банда скандалистов, которая
следовала за нами по пятам
Бегущее вперед время уносило наши мечты
Оставляя мириады крошечных существ,
пытающихся привязать нас к земле,
К жизни, тронутой медленным гниением.

Трава была зеленей,
Свет был ярче,
В окружении друзей
Ночи удивительны

Глядя поверх углей тлеющих за нами мостов,
На отблеск того, что зеленело на той
стороне,
Мы шагаем вперед, но, как лунатики,
возвращаемся назад
Влекомые силой какого-то внутреннего течения

В горних далях с развернутым флагом,
Мы достигли головокружительных высот грез
этого мира
Вечно обремененные желаньями и амбициями,
Мы так и не смогли утолить этот голод.
Наши усталые глаза все еще блуждают по
горизонту,
Хотя эту дорогу мы проходили так много раз

Трава была зеленей,
Свет был ярче,
Вкус был слаще
Ночи удивительны
Когда вокруг друзья,
Светится рассветный туман,
Струится вода,
Бесконечна река
Во веки веков

Утренняя гимнастика для тех, кто смотрит нас ночью

Коняшкина запись напомнила мне, как для меня ночь раскрывала смыслы. Хотя, может, просто преувеличивала значимость. На днях я снова взяла за обыкновение в полусонном состоянии, в темноте и тишине, слушать музыку. Пара приглушенных песен перед сном впитываются в уши полностью, не то, что днем. К тому же мозги к вечеру размягчаются, поэтому диффузия лучше осуществляется. А всё это в свою очередь напомнило мне, как давным-давно, когда у меня было только радио и три кассеты "Металлики", мне ужасно нравилась одна песня, которую крутили по "Ассоль", - ни названия, ни исполнителя я тогда не знала, записать ее не могла, поэтому на ночь осталяла радио приглушенно включенным. И просыпалась каждый раз - я думаю, что каждый, - по её начальному треньканью. Наверное, вы знаете - когда во сне слышишь музыку или стихи, они кажутся самыми прекрасными на свете. Если себя выдернуть из сна внезапно - восприятие какое-то время сохраняется острым. Каждый звук казался очень значимым, а кроме песни и не было ничего, всё собиралось в ней.
Кстати, по той же причине - появления "смыслов" и остроты восприятия - мне нравится просыпаться от пришедшего среди ночи сообщения.
2:24 Всё это я пыталась написать днём, но тогда оно показалось мне такой ерундой, что я решила дождаться вот этого времени.

Очень здорово!..

Сегодня какой-то чудесный день.
Мы гуляли, и было очень тепло и красиво. Казалось, еще чуть-чуть, полчаса - и будет лето. Несмотря на опавшие листья вокруг. А листья, кстати, очень красиво падают! Воот.
Мы прошлись чуть по другим улицам к себе - очень красивый у нас город.
А теперь мы будем есть вкусняшки, смотреть Хауса и жевать семечки.
Кароче, жизнь - хорошая штука!

Просто так

Безумно люблю ночь. Но это не светлое и жизнерадостное чувство светлого времени суток, когда от того, что любишь, испытываешь счастье... Это что-то совсем другое, абсолютно иррациональное (ох, права Новикова) и скорее печальное и тоскливое, чем радостное. Сюрреалистичное чувство ночи тянет выйти на улицу, почувствовать себя одиноким, растворяющимся в этом странном субстрате, утонуть в нем, испытать блаженство бессмысленности своего существования, а после несчастным и измученным выбраться на поверхность. До следующего раза.

Фу, извините за пошлость выражения, но что-то я разучилась писать оригинально, надо тренироваться...